Стрелец М. В. О малоизученных вопросах истории Беларуси – достоверно, компетентно, убедительно


Стрелец М. В. О малоизученных вопросах истории Беларуси – достоверно, компетентно, убедительно








(About little-studied issues of the history of Belarus - reliably, competently, convincingly)

2020 JI. Смиловицкий. Евреи Белоруссии: до и после Холокоста: Сборник избранных статей. Иерусалим, 5781/2020. 491 с.

Рецензируется сборник работ израильского историка по широкому кругу проблем истории еврейства Белоруссии в новейшее время.

A collection of works by an Israel historian on a wide range of problems in the history of Jewry of Belarus in recent times is reviewed.

Ключевые слова: Советская Белоруссия, Польша, еврейство, Вторая мировая война, Холокост, образование Израиля.

Key words: Soviet Belarus, Poland, Jewry, World War II, Holocaust, the formation of Israel.

В 2020 г. вышла из печати новая книга доктора исторических наук, старшего научного сотрудника Центра диаспоры Тель-Авивского университета Леонида Львовича Смиловицкого. Уроженец Белоруссии, он возглавляет в этом научном заведении проект по изучению истории белорусского еврейства.

Статьи, включенные в настоящий сборник, были написаны автором в Израиле в течение последней четверти века – с 1994 по 2019 гг. В большинстве своем они увидели свет на английском языке или иврите и впервые публикуются на русском языке. Представленные работы были распылены по малотиражным научным изданиям, ставшим уже библиографической редкостью, однако в настоящем виде – под одной обложкой – они представляют собой единое целое. Темы большинства статей до сих пор мало изучены историками, в частности: советская школа на идише; евреи в сельском хозяйстве при НЭПе; участие евреев в работе правоохранительных органов; возврат имущества и жилищ людям, вернувшимся из эвакуации, партизанских отрядов и Красной армии; роль евреев в экономической, финансовой, политической и культурной жизни республики; отношение белорусского руководства к возникновению государства Израиль; «дело врачей» в БССР; работа евреев в цензуре и др.

Изучение трагедии Холокоста справедливо привлекает к себе главное внимание современных историков. Однако д-р Смиловицкий поставил перед собой задачу показать, как жили евреи Беларуси в невоенное время. Какое участие они принимали в советском строительстве, в какой мере считали советскую власть своей, насколько расставание с национальной культурой, религией и традицией было добровольным, а насколько вынужденным компромиссом. Наконец, что утратила Беларусь в результате нацистского геноцида евреев, и как это повлияло на людей, переживших войну.

До сих пор нет ответа на вопросы: что больше получили евреи от советской власти, хорошего или плохого? Выиграли они от этого сотрудничества или проиграли? Какую цену заплатили евреи за свое гражданское равноправие? Как складывались отношения евреев и белорусов, титульной нацией в БССР? Являются ли евреи неотъемлемой частью истории Беларуси? Насколько ее история может быть полной без еврейской составляющей? Так или иначе, но с уверенностью можно сказать только одно – судьба Беларуси сложилась бы по-другому, если бы евреи как народ не были уничтожены нацистами в годы Холокоста.

Еврейская история Беларуси очень поучительна для тех, кто дает себе труд задуматься над уроками прошлого. Ведь прошлое влияет на наше настоящее так же неизбежно, как дети повторяют своих родителей, часто помимо своей воли. Попытаемся подтвердить это на следующих примерах из книги Смиловицкого.

В работе осуществлена системная реконструкция истории советской школы на идише в советской Беларуси в предвоенные годы. При этом советский образчик еврейской школы рассматривается в контексте национальной, культурной, духовной свободы для евреев в пролетарском понимании, как это подавали большевики. Автор монографии сравнивает положение евреев БССР с тем, как жили евреи в то же время в Западной Беларуси в составе Польши (1921-1939 гг.). Польское государство, несмотря на политику официального государственного антисемитизма, позволяло своим еврейским гражданам вести полноценную национальную, культурную и религиозную жизнь. Синагоги там не закрывали, раввинов не арестовывали, иешивы и хедеры продолжали работать, еврейские типографии печатали книги светского и религиозного содержания. Закон охранял право частной собственности всех граждан, независимо от национального происхождения. Евреи из Польши могли общаться со всем миром без каких-то ограничений. В Советской Беларуси, наоборот, границы закрылись после 1929 г. и вся эмиграция прекратилась. Был наложен фактический запрет на религию, на культурную и национальную жизнь, а само существование людей могло продолжаться только в рамках советской идеологии. Советская еврейская школа, закрытая в 1938 г. якобы по просьбе родителей, также готовила «сталинских соколов», только на еврейский манер. Все, что там было еврейского, это только идиш, но и он вскоре стал неугоден.

С интересом читаются страницы монографии, посвящённые педагогическим кадрам для школ на идише. Подробно описываются их подготовка, материальное положение, заработки, социальный статус. Мне никогда ранее не приходилось встречать публикаций о судьбе школ на идише после включения Западной Беларуси в состав БССР. Израильский учёный восполнил этот пробел. Окончательно школа на идише прекратила свое существование в Беларуси с началом немецкой агрессии летом 1941 г. Она не возродилась и после окончания войны, потому что восстановление культурно-национальной жизни нерусских народов СССР не входило в планы режима. Это нашло свое подтверждение в организации целого ряда идеологических кампаний и чисток 1946-1949 гг. Так национальному самосознанию евреев, чей генофонд был непоправимо подорван в годы Холокоста, нанесли новый удар. Эта политика фактически продолжалась и после смерти Сталина, несмотря на неоднократные заявления нового руководства страны о своей приверженности идеям интернационализма. Вплоть до конца 1980-х гг. вопрос о восстановлении школы на идише в БССР не поднимался.

Предметом специального исследования историка стало изучение вклада евреев в сельское хозяйство до сталинской коллективизации. Мало кто знает, что еврейские колхозы составляли более 80% среди сельскохозяйственных кооперативов Беларуси периода НЭПа. Евреи НЕ боялись работать на земле, но они предпочитали заниматься не производством зерна, а животноводством и производством молочной продукции. Назывались эти сельхозструктуры «коллективы», поскольку сочетали в себе принципы коллективного труда с материальной заинтересованностью – сколько сделал, столько и получил. Но самое главное, что они существовали на принципах самоокупаемости. Тут, конечно, помог и «Джойнт», который поставлял им технику, удобрения, давал кредиты, поддерживал финансово. Факт тот, что они себя оправдывали без искусственных экономических схем. Весь этот опыт оказался невостребованным с началом сплошной коллективизации в Советском Союзе и был утрачен настолько, что почти полностью исчез из исторической памяти Беларуси.

Неожиданным для читателя может показаться тема участия евреев в работе правоохранительных органов и юридической системе в послевоенные годы, o которой ранее тоже никто не писал. Из книги Смиловицкого следует, что привлечение евреев в структуру МВД и МГБ, органы суда и прокуратуры, адвокатуру после освобождения республики 1944 г. было вполне объяснимым шагом. Евреев-фронтовиков и участников партизанского движения невозможно было заподозрить в сотрудничестве с нацистами на оккупированной территории. Кроме того, высокий уровень образования выдвигал евреев в число первых претендентов при формировании юридической системы. В 1944-1948 гг. доля белорусов за счет евреев снижалась с 51,4 до 48,6%, русских соответственно - 40,1% и 32,7%, а украинцев - 4,1% и 3,6%. Однако вскоре эту тенденцию искусственно изменили. Идеологические кампании в Советском Союзе в конце 1940 - начале 1950-х гг. привели к тому, что национальный состав прокуратуры стал более однородным. Многие евреи, почувствовав к себе предвзятое отношение режима, не смогли оставаться на прежних должностях. Одни перешли на работу в юридические консультации, стали арбитрами, нотариусами, юрисконсультами на промышленных предприятиях и в учреждениях. Другие были уволены или переведены на низовую работу.

Отдельная глава посвящена малоизученной теме возврата имущества и жилищ евреям, пережившим эвакуацию, прибывшим из партизанских отрядов и Красной армии. Автор показывает, что после войны советские евреи столкнулись с огромными трудностями в налаживании мирной жизни. Их уцелевшие жилища и имущество в значительной степени были расхищены местными жителями, проданы или розданы оккупантами в качестве вознаграждения тем, кто с ними сотрудничал. Советские органы, не желая раздувания бытовых конфликтов с теми, кто пережил оккупацию, объявляли, что выступают гарантом прав и свобод советских граждан независимо от национальности. Однако евреи на себе это не почувствовали. Надо сказать, что евреи не выделяли себя из общего населения республики – вместе с белорусами и русскими они активно участвовали в восстановительных работах, однако положение их во многом отличалось. В большинстве случаев это были одиночки, потерявшие всех своих близких, вдовы, дети и старики. Родственники оказались уничтожены в гетто, умерли в эвакуации, не вернулись с фронта. Евреи не располагали никаким имуществом, не имели элементарных вещей для бытового устройства. Доказательству права на домовладение мешало отсутствие необходимых документов, утерянных в годы войны (на их восстановление требовалось много времени). Нехватка жилого фонда, остро ощущавшаяся еще до войны, чрезвычайно обострилась. Одни дома и квартиры, принадлежавшие ранее евреям, были разрушены, сгорели или были разграблены, другие самовольно заняты.

Исчерпывающе показана роль евреев в послевоенной экономической, финансовой, политической и культурной жизни республики. По подсчётам Л.Л. Смиловицкого, в Беларуси доля евреев в партийном и советском руководстве областей в 1945 г. равнялась 2,9%, в областных комитетах партии - 8,1%, в Центральном Комитете КП(б)Б - 8%, а в числе руководителей республиканских хозяйственных организаций - 10,2%. Степень участия евреев в руководстве финансами, сельским хозяйством, средствами массовой информации, образованием, здравоохранением, в надзоре за соблюдением законности в 1944-1950 гг. была наиболее заметна на районном и городском уровне. Они нередко заведовали отделами сельского хозяйства и торговли исполкомов местных районных и городских Советов. Евреи довольно часто возглавляли районные и городские (реже областные) отделы народного образования и здравоохранения Министерства просвещения и Министерства здравоохранения БССР, отделения потребительской кооперации, были управляющими районных и городских отделений Государственного банка. Однако они редко занимали должности директоров совхозов, главных редакторов газет и прокуроров.

С большим интересом читается глава, рассказывающая об отношении белорусского руководства к возникновению Государства Израиль. Это фактически первая попытка осветить видение партийным и советским истеблишментом БССР проблемы образования независимого еврейского государства и одновременно проанализировать процессы, вызванные этими событиями в среде еврейского населения республики. Израильский историк (уроженец Белоруссии) обратил внимание на то, что провозглашение независимости государства Израиль во второй половине 1940-годов почти совпало по времени с принятием БССР в ООН на правах формально самостоятельного члена. Конечно, представительство БССР в ООН было не более, чем одним из инструментов советской дипломатии, и о какой-либо независимой линии смешно и говорить. Сначала оно осудило английский колониализм и арабскую агрессию, а когда курс Сталина изменился, выступило единым фронтом с коллегами из Москвы и Киева против США и «сил международного империализма». Никогда не признавая Израиль как историческую родину белорусских евреев, руководство Белорусской ССР, как и Кремль, рассматривало тему эмиграции как вмешательство в свои внутренние дела.

Выявлены и белорусские страницы в истории «дела врачей». Смиловицкий проанализировал отношение к сообщению ТАСС от 13 января 1953 года со стороны как партийной и государственной номенклатуры, так и рядовых граждан. Абсолютное большинство нееврейской части населения БССР заняло сторону советской пропаганды, тогда как большая часть еврейского населения республики отнеслась к сообщению ТАСС о «врачах-отравителях» с большим недоверием. Областные, городские и районные комитеты партии отчитывались перед своими кураторами в Москве о том, что евреи отмалчивались и не участвовали в обсуждении событий, отказывались вступать в прения и игнорировали митинги и собрания.

Образцом фундаментальной научной экспертизы предстают рецензии автора на труды коллег по цеху историков Михаила Бейзера, Давида Мельцера, Анны Штерншис, Альберта Кагановича и Александра Литина, посвящённые советским евреям.

Постановкой острых проблем отличаются и практически все помещённые в книге интервью.

Проницательный читатель обязательно откроет для себя много нового при ознакомлении с очерками по истории еврейской семьи. Л.Л. Смиловицкий одновременно выступает здесь как историк, социолог, этнограф, культуролог в одном лице.

Перечисленные результаты научных изысканий были достигнуты благодаря умелому сочетанию архивного материала и устной истории. Это позволяет связать исторический документ с народной памятью, выяснить, каким историческое событие отложилось в умах людей, их участников, очевидцев и современников. Именно такой подход позволяет историку оставаться объективным, а истории – интересной и поучительной.

Конечно, оценка советского архивного документа будет неполной без понимания менталитета советского человека. Л.Л. Смиловицкий родился в 1955 году в субъекте советской федерации – БССР и совершил алию спустя год после исчезновения СССР с политической карты мира. О менталитете какого человека идёт речь? Человека, рожденного и воспитанного вне гражданского общества, не имевшего связи с внешним миром, не знавшего в то время еще на хорошем уровне иностранных языков, остававшегося в плену идеологических штампов и догм. Всё это пришло позже.

Израильский учёный долгие годы кропотливо работал в архивах Государства Израиль, Республики Беларусь, Российской Федерации. В книге много ссылок на следующие израильские архивы: Государственный архив, Центральный архив сионизма, Центральный архив истории еврейского народа, архив Яд ва-Шем, Архив Армии обороны Израиля, Архив труда, Архив Владимира Жаботинского, Архив Хаима Вейцмана, архивы киббуцных движений, архивы иешив.

Много уникальной информации было почерпнуто им в результате работы в Национальном архиве Республики Беларусь. Смиловицкий первым из ученых Израиля был официально допущен для работы с документами и материалами, хранящимися в Центральном архиве КГБ Республики Беларусь в Минске и архиве Управления КГБ по Гомельской области.

Плодотворными оказались и поездки в столицу Российской Федерации. Были посещены РГАНИ, РГАСПИ, ГАРФ. По собственному профессиональному опыту знаю, что написание научных работ невозможно без нового прочтения ранее опубликованных документов и материалов. Рецензируемый труд вполне можно оценивать как успешный пример подобного прочтения.

Монография израильского учёного написана на прекрасном русском языке. Для удобства читателей даны географический и именной указатели.

Остается добавить, что автор позаботился о том, чтобы монография «Евреи Беларуси до и после Холокоста» стала доступна в нашей республике и за ее пределами. Как и все предыдущие книги Смиловицкого, её можно найти в областных и основных республиканских библиотеках Беларуси, таких как Национальная библиотека РБ, Президентская библиотека, Фундаментальная библиотека Национальной академии наук, библиотеки Белгосуниверситета, Гомельского и других высших учебных заведений. Книгу получили также ведущие библиотеки Российской Федерации, Украины, Польши, Германии, Британская библиотека в Лондоне и Библиотека Конгресса США. И что очень важно, это издание можно найти в свободном доступе в Интернете по адресу:

https://drive.google.com/file/d/1qJop4gjQhFVtWwBG7-Yqx71XqKIsHRdv/view?usp=sharing

Остается выразить надежду, что труд историка будет по достоинству оценен благодарными читателями, которые вместе с автором совершат удивительное путешествие в наше далекое и недавнее прошлое.

СВЕДЕНИЯ

(ФИО, полностью) Стрелец Михаил Васильевич

Учреждение (место работы) учреждение «Брестский государственный технический университет»

Должность профессор

Учёная степень доктор исторических наук

Учёное звание профессор

Адрес учреждения(почтовый) улица Московская, 267, 224017, Брест, Республика Беларусь

Домашний адрес улица Луцкая, 52, квартира, 57, 224011, Брест

Контактный телефон (с указанием кода) +375291271959, Республика Беларусь

e-mail mstrelez@mail.ru

13 просмотров