Филатов Г.А. Отношение к Франсиско Франко и его наследию в современной Испании



Филатов Г.А. Отношение к Франсиско Франко и его наследию в современной Испании








В статье рассматривается вопрос отношения к франкистскому наследию в современной Испании. Недавнее прошлое было актуальной проблемой в стране в годы непосредственно после смерти Франсиско Франко в 1975 г. Однако тогда представители разных спектров политической жизни договорились о том, чтобы не преследовать никого за преступления прошлого. С середины 2000-х гг. этот консенсус перестает устраивать часть политического спектра. А в конце 2010-х политика в отношении исторической памяти выходит на первый план политической жизни. Правительство Испанской социалистической рабочей партии реанимирует закон об исторической памяти 2007 г., а также добивается выноса тела Франко из мемориального комплекса «Долина павших». Причины таких действий в значительной мере связаны с необходимостью консолидировать чрезвычайно фрагментированную политическую систему страны. Осуждение франкизма является одним из факторов, объединяющих не только левые общеиспанские партии, но и региональные силы. Это позволяет добиваться взаимодействия прежде всего с сепаратистскими каталонскими партиями.

Ключевые слова: Испания, Франко, франкизм, историческая память, демократическая память


Filatov G.A.

Attitude toward Francisco Franco and His Legacy in Modern Spain

The article examines the issue of attitudes towards the Francoist heritage in modern Spain. The recent past was an urgent problem in the country in the years immediately after the death of Francisco Franco in 1975. However, then representatives of different spectra of political life agreed not to prosecute anyone for the crimes of the past. Since the mid-2000s this consensus ceases to suit part of the political spectrum. And in the late 2010s, historical memory politics came to the fore in political life. The government of the Spanish Socialist Workers' Party is reviving the 2007 Law on Historical Memory, and is also seeking the removal of Franco's body from the Valley of the Fallen memorial. The reasons for such actions are largely related to the need to consolidate the country's extremely fragmented political system. The condemnation of Francoism is one of the factors uniting not only the leftist all-Spanish parties, but also regional forces. This makes it possible to achieve interaction primarily with the separatist Catalan parties.

Key words Spain, Franco, Francoism, historical memory, democratic memory


Испанское общество отличается значительной раздробленностью, как территориальной, так и политической. Эта фрагментированность нашла отражение в парламенте страны, где помимо четырех общеиспанских партий заседает 11 региональных. Ещё одной границей, разделяющей испанцев, является отношение к своему недавнему прошлому, прежде всего к правлению диктатора Франсиско Франко и его наследию. Однако, как ни парадоксально, в данный момент этот вопрос скорее способен уменьшить раскол в испанском обществе.

Большинство историков, затрагивавших вопросы исторической политики в Испании, отмечают в первую очередь роль этой проблемы в разделении страны. В значительной мере это касается российских исследователей [Гранцева, 2018; Бухармедова 2017; Хенкин, 2019]. Зарубежные ученые чаще концентрируют свое внимание на том, что подход к прошлому, избранный правительством социалистов, направлен на восстановление справедливости и сохранение памяти о жертвах франкизма [Bernecker, 2020; Fernández, 2008; Mace, 2012; Soler Paricio, 2019; Richards, Ealham, 2005]. Часть исследователей отмечает, что принимаемые меры явно недостаточны [García de las Heras González, 2019]. Некоторые авторы обращают внимание на то, что такой поход со стороны социалистов приводит к радикализации недовольных этой политикой [Arroyo Menéndez, 2020]. Во всех указанных работах обходится стороной тезис о том, что политика исторической памяти, какое бы наполнение она ни получала, приводит к консолидации групп внутри общества. Каким образом это происходит? Во-первых, появляется общая повестка, объединяющая людей независимо от их позиции. Во-вторых, хотя эта дискуссия приводит к появлению групп с разными точками зрения, в Испании, на наш взгляд, чрезвычайно фрагментированная политическая система в результате хотя бы отчасти оказывается двухполюсной. Чтобы доказать этот тезис, необходимо рассмотреть предысторию актуальной ситуации с исторической памятью, а затем проанализировать отношение политических партий к этой проблеме. Анализу следует подвергнуть политические программы, заявления лидеров партий, а также практику голосования по вопросам исторической памяти разных партий. Наиболее правильным был бы, конечно, анализ опросов общественного мнения и изменений в обществе в моменты обсуждения законов об исторической памяти, выносе тела Франко из монументального комплекса «Долина павших». Однако для того, чтобы получить информацию об изменении общественного мнения по этим вопросам, нужны опросы, проводимые по единой системе одним органом на протяжении длительного времени. К сожалению, в распоряжении исследователей таких данных нет. Главная социологическая служба Испании Центр социологических исследований (CIS - Сentro de investigaciónes sociológicos) не проводил регулярные опросы об отношении испанцев к наследию франкизма, ограничиваясь периодическими исследованиями. Последний подобный опрос датирован 2008 г. Он был приурочен к 30-летию принятия демократической конституции [Memorias De La Guerra Civil Y El Franquismo, 2008]. В нашем распоряжении есть лишь отдельные опросы, проведенные разными организациями по заказу СМИ в связи с конкретными событиями или историческими датами. Основная проблема связана с тем, что каждый раз вопрос формулируется по-разному, что не дает возможности получить полноценную картину изменений. И тем не менее такие опросы позволяют составить общее представление о векторе изменений общественного отношения к Франко и его наследию.

Проблема исторической памяти не всегда стояла так остро в постфранкистской Испании, как в конце 2010-х гг. В первые десятилетия после смерти Франсиско Франко в элите общества сложился консенсус: преступления франкизма официально не обсуждались, к ответственности за них не привлекали, а взамен франкистская элита не мешала проводить демократизацию общества [Yeste, 2010]. С такой политикой умолчания согласились представители разных частей испанского политического спектра: и бывшие франкисты, и их заклятые враги - коммунисты. Некоторые историки называют эту ситуацию коллективной самоцензурой [Aguillar, 2008. P. 35.]. Такой подход не нов. Идея взаимного забвения того, что было в годы гражданской войны, возникла еще во времена правления Франко. В 1956 г. Коммунистическая партия Испании выдвинула идею национального примирения, одновременно отказавшись от вооруженной борьбы с диктатурой [Rueda Laffond, 2016]. В 1960-е гг. уже сам франкистский режим принимал законы, которые снимали ответственность за сотрудничество с властями Республики перед войной и во время нее. Самым важным среди них была амнистия 1969 г. Она провозглашала истекшим срок давности по всем деяниям до 1 апреля 1939 г., когда гражданская война была официально закончена [Aguillar, 2008, p. 173].

После смерти Франсиско Франко в 1975 г. практика отказа от преследования за преступления прошлого продолжилась. Главным постфранкистским законодательным актом, который определил официальное отношение к преступлениям, совершенным в годы диктатуры и войны, стал закон 1977 г. [Ley 46/1977 de Amnistía, 1977]. Он имел двоякую направленность. С одной стороны, он амнистировал всех, кто был осужден или мог быть осужден за политические преступления в соответствии с франкистскими законами. С другой, не подвергались преследованиям и все государственные служащие, которые занимались наказанием испанских граждан по политическим мотивам. Политическая амнистия чрезвычайно волновала жителей страны в первые годы перехода от диктатуры к демократии. Согласно данным социологических опросов, которые приводятся в статистическом сборнике 1982 г., среди мер, которые испанцы в первую очередь ожидали от нового короля Хуана Карлоса I, амнистию на первое место ставили 61% респондентов [López Pintor, 1982. P. 96]. Опрос, опубликованный в сентябре 1977 г. накануне принятия закона об амнистии, демонстрирует широкую поддержку этого решения. 61% считали, что оно должно распространяться на все группы, которые отказались от насилия как средства политической борьбы (следует отметить, что в это время баскская организация ЭТА продолжала использовать террор). В то же время 33% опрошенных считали, что амнистию необходимо расширить [Indulto Y Amnistía, 1977]. В этих опросах не поднималась проблема наказания за преступления франкистского режима. Поэтому вполне уместно интерпретировать такие данные именно как поддержку прекращения политических преследований, а не прощения тех, кто эти преследования осуществлял. Можно предположить, что в годы перехода от диктатуры к демократии для жителей Испании существовали более насущные проблемы, чем наказание виновных в репрессиях. Вместе с тем необходимо признать, что достоверных статистических данных, подтверждающих этот тезис, у нас недостаточно, так как таких вопросов в те времена социологи не задавали.

Тем не менее у нас есть возможность представить, как менялось отношение к франкизму, благодаря нескольким опросам, которые проводились государственным Центром социологических исследований в 1985, 1989, 1994, 1995 и 2008 гг. В 1985 г. на вопрос о том, что они думают о периоде правления Франсиско Франко, 44% опрошенных ответили, что в это время было и хорошее, и плохое. 28% посчитали этот период только плохим, 17% - хорошим [Ciudadanos y partidos políticos en el sur de Europa, 1985]. Опрос 1989 г. продемонстрировал схожие цифры: во франкизме было хорошее и плохое - 45%, только плохое - 27%. Уменьшилось, правда, количество тех, кто считал франкизм в общем хорошим периодом - 13% [Cultura política (II), 1989]. В исследовании 1994 г. вопросы были сформулированы иначе, поэтому их нельзя использовать для суждения о тенденциях [Barómetro de diciembre 1994, 1994]. Однако достаточно позитивным франкизм назвали 24%, малопозитивным - 32%, а исключительно негативным - 21%. Варианта, что режим имел и положительные, и отрицательные стороны, в этот раз предложено не было.

Следующее исследование 1995 г., приуроченное к 20-летию смерти Франко, снова включило в себя традиционный набор вариантов ответов. Оно демонстрирует более серьезные изменения. Количество опрошенных, полагающих, что у франкизма были и хорошие, и плохие стороны, несколько выросло (48%). Тех, кто оценивал этот период положительно, стало еще меньше (11%). А вот число тех, кто считал это время исключительно отрицательным, выросло до 34% [Barómetro de diciembre 1995, 1995]. Таким образом, на протяжении 10 лет можно наблюдать увеличение доли тех, кто отрицательно относится к периоду диктатуры.

Наиболее разносторонним исследованием отношения испанцев к франкизму и его наследию стал опрос 2008 г. В нем, к сожалению, вопросы и варианты ответов были сформулированы иначе. И все же они позволяют сделать вывод, что среди испанцев усиливалось негативное отношение к франкистскому прошлому. Так, на вопрос о том, какие чувства в первую и во вторую очередь вызывает этот период в истории, 23,5% опрошенных отметили, что в первую очередь он вызывает гнев, 16% - грусть. В то же время 58% опрошенных заявили, что у франкизма были и хорошие, и плохие стороны [Memorias de la guerra civil y el franquismo, 2008].

2008 г. знаменовал важную веху в вопросе изменения отношения к Франко и его наследию в Испании. С этого года начал действовать закон об исторической памяти, одобренный испанскими кортесами в конце 2007 г. Произошел окончательный отказ от политики забвения, которая была принята при переходе от диктатуры к демократии. Документ признавал незаконным насилие, совершенное по идеологическим и политическим мотивам во время гражданской войны и в годы диктатуры. Жертвы франкистского режима получали материальную компенсацию и пенсии. Государство брало на себя обязательство помогать с поиском и идентификацией останков жертв, покоящихся в братских могилах. Закон также объявлял целью избавиться от символов франкизма, за исключением тех, что представляют культурную ценность [Ley 52/2007, de 26 de diciembre, 2007]. Этот акт, принятый правительством социалистов, вызвал острую критику со стороны их основных противников – Народной партии. И в это время вопрос об отношении к франкизму стал частью предвыборной кампании. Так, глава Народной партии Мариано Рахой пообещал покончить с этим законом в случае победы на выборах, которые были назначены на 2008 г. [Rajoy promete bajar los impuestos si gana las elecciones, 2007]. При этом в 2008 г. опрос общественного мнения показывал широкую поддержку этого закона: 41% респондентов считали его необходимой мерой и лишь 28% - несвоевременным решением, которое «воскрешает прошлое» [Memorias de la guerra civil y el franquismo, 2008]. Уместно предположить, что это способствовало поражению Народной партии на выборах в 2008 г. Однако разразившийся в том же году мировой финансовый кризис позволил ей взять реванш на выборах в 2011 г. Мариано Рахой, возглавив правительство, исполнил свое обещание и действительно сократил расходы на претворение в жизнь закона об исторической памяти. И на протяжении его правления акт не функционировал, хотя и не был отменен [Junquera, 2013]. Ситуация резко изменилась в 2018 г., когда правительство Рахоя было отстранено от власти вотумом недоверия.

С этого момента вопросы исторической памяти оказались в центре политической жизни Испании. Этому способствовал расклад сил в парламенте. После отставки Рахоя социалисты смогли сформировать правительство меньшинства, которое опиралось на широкую коалицию разношерстных сил. Вместе с ними против правого кабинета проголосовали левые популисты из «Унидас Подемос», а также почти все регионалистские партии за исключением двух: из Наварры (Союз наваррского народа) и Астурии (Форум граждан). Обе они тесно связаны с Народной партией [Qué han votado los partidos y por qué en la moción de censura a Rajoy, 2018]. Это голосование было автоматическим избранием лидера социалистов Педро Санчеса главой правительства, так как по испанской конституции (ст.113) вотум недоверия включает в себя и кандидатуру нового премьер-министра. Тем не менее проблема заключалась в том, чтобы полученную власть удержать. Править можно было только опираясь на широкую коалицию, поскольку большинство депутатов было у Народной партии. А разногласий внутри коалиции, которая ее отстранила от власти, было предостаточно.

Наибольшую проблему представляли каталонские партии, борющиеся за независимость своего региона. Однако именно их голоса определили успех социалистов в приходе к власти. Без их поддержки нельзя было принять ни одного закона. В этих условиях новый глава кабинета вынужден искать такие темы, которые бы объединяли столь разношерстные силы и не вызывали возражений у каталонских сил. То, что без поддержки партий из этого региона правительство социалистов не может править, было продемонстрировано в феврале 2019 г. Тогда каталонские партии отказались проголосовать за новый бюджет, и это привело к необходимости провести новые выборы [Los independentistas tumban los Presupuestos y abocan a Sánchez a elecciones, 2019].

Темой, способной объединить коалицию партий, стала политика исторической памяти, в первую очередь отношение к франкистскому прошлому. Неудивительно, что социалисты начали заниматься этой проблемой едва ли не в первую очередь. До этого прошлое не оказывалось в центре внимания, хотя и играло важную роль в риторике социалистов. Так, в программе Испанской социалистической рабочей партии (ИСРП) 2015 г. раздел, в котором ставилась задача возобновить работу закона об исторической памяти, находился на 90 странице из 270 [Programa electoral PSOE. Elecciones generales 2015, 2015].

Уже через месяц после формирования правительства в июне 2018 г. на повестку дня был поставлен вопрос о том, чтобы перенести останки Франсиско Франко из мемориального комплекса «Долина павших» [Junquera, 2018]. В августе в рамках министерства юстиции создается генеральная дирекция по исторической памяти (Dirección General para la Memoria Histórica), призванная следить за исполнением и реализацией положений закона об исторической памяти 2007 г. [Real Decreto 1044/2018, 2018]. Такое повышенное внимание к прошлому cо стороны социалистов контрастирует с уровнем озабоченности испанцев этой темой, о чем свидетельствуют данные государственного Центра социологических исследований. Он регулярно изучает, какие проблемы опрашиваемые считают наиболее актуальными (опросы «барометр общественного мнения» проводятся каждый месяц за исключением августа). За всю вторую половину 2010-х гг. и начало 2020-х гг. вопросы исторического прошлого ни разу не фигурировали среди возможных ответов. Необходимо отметить, что респондентам предлагается в среднем 45 вариантов, которые могут дополняться в зависимости от общественной ситуации. Так, с весны 2020 г. были добавлены варианты ответа, связанные с эпидемией коронавируса. Можно предположить, что исторические темы специально не добавляют в опрос из-за их деликатности, однако среди вариантов ответа присутствуют куда более деликатные опции. Так, в качестве актуальной проблемы можно выбрать вариант «монархия». Все это позволяет сделать вывод, что вопросы исторической памяти не входят в число наиболее значимых для испанцев.

Несмотря на это, вплоть до начала эпидемии коронавируса именно история, а точнее проблема отношения к франкизму стала одной из центральных тем испанской политической жизни. Максимального накала общественная дискуссия достигла в связи с переносом останков Франсиско Франко из Долины павших в октябре 2019 г. Отношение к этому акту вполне уместно считать отображением общего отношения к наследию Франко. Грандиозный мемориальный комплекс, возведенный в годы диктатуры, остается в значительной мере символом франкистского режима. Нахождение останков диктатора в нем воспринималось как прославление его режима и деятельности. Об отношении испанцев к его перезахоронению мы можем судить лишь по данным частных социологических служб, собранных по заказу некоторых средств массовой информации, так как государственный Центр социологических исследований опросов по данной теме не проводил. Нам удалось найти шесть подобных исследований за период 2018-2019 гг.

Два опроса были проведены летом 2018 г. сразу после того, как социалисты, придя к власти, заявили о планах по перезахоронению диктатора. Они были сделаны агентством Sigma Dos для газеты El Mundo и Sociométrica для El Español. Оба продемонстрировали, что большинство опрошенных поддерживают планы правительства: 41% и 46% соответственно - за, 39% и 35% - против [Lardiés, 2018; Sanmartín. 2018]. Новая серия опросов прошла уже непосредственно до и после эксгумации тела испанского диктатора в октябре 2019 г. Таких опросов было опубликовано четыре: в El Diario (подготовлено Celeste-Tel: 43% за, 35% против); El Periódico (GESOP: 55% за, 24% против); El Español (Sociométrica: 42% за, 42% против); El Mundo (Sigma Dos: 43% за, 33% против). Средний показатель поддержки переноса останков диктатора из Долины павших составил 46%, в то время как против выступили в среднем 34% опрошенных [Cortizo, 2019; Pascual, 2019; Ramírez, 2019; Carvajal, 2019]. Эти данные позволяют сделать вывод, что большинство испанцев (чуть менее половины) одобрили действия правительства, хотя и число противников составило около трети населения страны.

О том, какие группы испанцев выступали за и против, мы можем судить лишь по исследованию агентства Sociométrica, опубликованному в газете El Español. В нем помимо стандартных данных об избирательных предпочтениях представлены и возрастные категории опрашиваемых. Эксгумация останков Франко находила наименьшую поддержку среди родившихся до 1950 г. (48% против, 40% за), в то время как среди более молодых, появившихся на свет после 1975 г., картина противоположная (45% за, 39% против). Таким образом, можно предположить, что положительно к Франко и его наследию относятся скорее представители старшего поколения.

Все вышеперечисленные опросы показали, что отношение к франкизму довольно четко коррелирует с политическими предпочтениями. Исследования обязательно представляли данные о том, за кого голосуют опрашиваемые. Сторонники перезахоронения Франко являлись приверженцами левых или региональных партий. Наибольшую поддержку, согласно всем опросам, это решение встретило у избирателей Унидас Подемос и региональных партий из Каталонии и Страны Басков, чуть меньшую - у сторонников ИСРП. А вот противники в основном заявляли себя сторонниками правых сил: Народной Партии и радикально правой Вокс.

Останки Франсиско Франко были перезахоронены за несколько недель до парламентских выборов, уже вторых для 2019 г. Поэтому решение о выносе тела диктатора из Долины павших рассматривалось как часть предвыборной кампании. По крайней мере, согласно одному из опросов, опубликованному газетой El Español, так считали 70% опрошенных [Ramírez, 2019]. Этот шаг социалистов имел определенный смысл в предвыборной борьбе. Теоретически он мог бы оттянуть часть голосов тех, кто поддерживал Унидас Подемос, так как среди избирателей именно этой партии, по опросам общественного мнения, было больше всего сторонников эксгумации останков Франко.

Тем не менее, согласно данным государственного Центра социологических исследований, перезахоронение Франко повлияло лишь на 5,7% опрошенных. Причем из них 77% укрепились в своем изначальном выборе и лишь 11% изменили свое решение. Это всего 0,6% от общего числа респондентов. Тем не менее, согласно опросу, в результате уровень поддержки социалистов действительно немного вырос. Так, среди тех 11%, которым эксгумация останков диктатора помогла определиться с выбором, 33,5% решили проголосовать за ИСРП, 29,9% - за Народную Партию. При этом, скорее всего, ИСРП удалось отнять голоса у более радикальной левой Унидас Подемос, так как большинство колеблющихся выбирали между этими двумя партиями [Barómetro de diciembre 2019. Postelectoral elecciones generales 2019, 2019]. Тем не менее для левых результаты ноябрьских выборов были чуть менее удачными, чем апрельские. Они потеряли несколько мест в парламенте, хотя смогли сохранить большинство и в конечном итоге сформировать правительство. Правда, ИСРП пришлось допустить создание коалиционного правительства, куда были приглашены министры от Унидас Подемос.

Так как ИСРП и Унидас Подемос критически относятся к франкисткому прошлому, их результаты (а вместе они получили 38% голосов на ноябрьских выборах) можно интерпретировать как примерное количество испанцев, разделяющих это мнение. К этой цифре следует прибавить голоса, поданные за регионалистские партии из Каталонии (Левые республиканцы Каталонии - 4%, Вместе за Каталонию – 2%) и Страны Басков (Баскская национальная партия – 2%, Билду – 1%). Эти партии представляют регионы, которые в годы диктатуры в большей степени пострадали от репрессий, так как наряду с политическими преследованиями несогласных в них еще и шла борьба с проявлениями региональной самобытности (ограничение на использование местных языков, традиций, символов) [Conversi, 2000]. Поэтому эти политические силы традиционно негативно относятся к франкистскому наследию. Так, в предвыборной программе Левых республиканцев 2019 г. указывалось, что они выступают за республику, поскольку испанская монархия является наследницей франкистской диктатуры. Этим, среди прочего, обосновывались требования независимости для региона [Programa electoral: Esquerra Republicana, 2019. P. 16.]. Другая коалиция каталонских партий Вместе за Каталонию обещала избирателям «дефранкизацию институциональной, политической гражданской жизни испанского государства» [Programa electoral de Junts per Catalunya.Eleccions Generals 10 novembre 2019, 2019. P. 109].

Таким образом, если рассматривать результаты выборов как голосование по вопросу, стоит ли осуждать франкистское прошлое или нет, то «да» на него ответили около 41% пришедших на избирательные участки. Именно столько было подано бюллетеней за левые и регионалистские партии в ноябре 2019 г. И, по сути, коалиция этих сил (регионалы плюс левые) на данный момент правит Испанией, так как левым испанским партиям (ИСРП и Унидас Подемос) не хватает депутатских мандатов до абсолютного большинства. Его они могут получить только при поддержке региональных партий, а важнейшей объединяющей идеей для них является критика франкизма.

Выборы 2019 г. свидетельствовали не только об укреплении левых у власти, но и о серьезных сдвигах в среде правого электората. Главной неожиданностью и апрельского, и ноябрьского плебисцитов 2019 г. стало появление на общеиспанской политической сцене праворадикальной партии Вокс. Она была основана еще в 2013 г., но лишь в 2018 г. у нее начали появляться депутаты в региональных законодательных собраниях Испании. На всеобщих выборах в апреле 2019 г. она смогла провести 28 депутатов в Кортесы, а в ноябре она получила уже 52 места, превратившись в третью силу по числу представителей в Конгрессе. Причины ее успехов вызывают большой интерес среди исследователей. Чаще всего в их числе называют: каталонский кризис, по которому Вокс декларировала радикально антисепаратистскую позицию, антииммигрантскую риторику [Ferreira, 2019]. Однако нас в большей мере волнует отношение партии к франкистскому прошлому и влияние этой позиции на ее успехи.

Вокс с самого начала негативно относилась к закону об исторической памяти 2007 г. и обещала своим избирателям его отменить. Причем если в программе для региональных выборов соответствующий пункт находится на 30 месте [Programa electoral para las elecciones autonómicas de 2019, 2019. P. 7], то на общеиспанском уровне - уже на девятом [100 medidas urgentes para España, 2019. P. 3.]. Однако Вокс отличалась от других правых сил: Народной партии и Граждан, которые тоже критиковали закон об исторической памяти 2007 года. Среди них только Вокс открыто и постоянно высказалась против перезахоронения останков Франко. Ее лидер Сантьяго Абаскаль писал об этом в своем твиттере в день эксгумации [González, 2018]. Одновременно он обрушился с критикой не только на левых (ИСРП и Унидас Подемос), но и на правых: Народную партию и Граждан, которые во время голосования в Кортесах по этому вопросу воздержались. Чаще всего эти заявления рассматриваются в контексте избирательной кампании: Вокс таким образом пыталась получить голоса правых радикалов, голосующих обычно за совсем маргинальные партии. Тем не менее, согласно приведенным выше данным, которые подтверждаются более подробным анализом избирательных предпочтений испанского исследователя [Arroyo Menéndez, 2020. P. 713], можно с уверенностью заявить, что вопросы эксгумации Франко из Долины павших имели незначительное влияние на голосование. Несмотря на это, Вокс на ноябрьских выборах 2019 г. получила 15% голосов. Такой результат позволяет предположить, что как минимум 15% избирателей тепло относятся к Франко и к его памяти. Так как именно среди избирателей Вокс, согласно указанным выше данным опросов, больше всего было противников перезахоронения. К голосам, поданным за Вокс, можно прибавить результаты Народной партии, которая, конечно, не так яро защищает Франко и его наследие, но все же, по сравнению с левыми, оценивает этот период более сдержанно. Эта политическая сила выступает за сохранение консенсуса в испанском обществе, который был достигнут во время переходного периода. В предвыборной программе 2019 г. Франко и франкизм ни разу не упоминаются. Однако острие критики направлено против закона об исторической памяти 2007 г., который, как указывается, «привел к расколу в стране и обществе» [Programa electoral. Partido Popular. Elecciones generales, autonómicas y municipales, 2019. 2019. P. 13.]. На выборах 2019 г. Народная партия получила 21% голосов. Таким образом, 36% испанцев проголосовали за партии, которые либо хорошо относятся к франкизму, либо считают, что сейчас не время пересматривать прошлое и бередить исторические раны. К этому можно было бы прибавить результаты партии Граждан, которые получили на последних выборах 7%, однако, согласно большинству имеющихся в нашем распоряжении опросов, сторонники этой партии в вопросе об отношении к перезахоронению Франко разделены примерно поровну. Так, два опроса показали одинаковое количество сторонников и противников (El Diario, El Periódico), а два продемонстрировали небольшое преобладание тех, кто эксгумацию не поддерживает (El Español, El Mundo). Так как однозначных данных нет, представляется некорректным рассматривать результаты этой партии как индикатор отношения к франкизму.

Таким образом, выборы 2019 г. подтвердили результаты, продемонстрированные опросами. Примерно 41% испанцев выступают за то, чтобы осудить франкистское прошлое, в то время как около 36% считает, что этого делать не надо. В эти 36% входят как те, кто восторгается правлением Франко, так и те, кто считает, что нет необходимости пересматривать прошлое.

Казалось бы, после перезахоронения останков Франсиско Франко и выборов 2019 г. тема исторической памяти должна была уйти из активного политического дискурса, так как электоральной почвы для нее нет. Ведь, как показывают опросы, исторические проблемы не входят в список актуальных для испанцев. Тем не менее и после 2019 г. они остаются на повестке политической жизни страны. Сразу после выборов ИСРП приступила к подготовке реформирования закона об исторической памяти 2007 г., что она обещала в своей предвыборной программе. [Ahora progreso. Programa electoral del PSOE – Elecciones generales noviembre 2019, 2019. P.35]. Тема не ушла из политической дискуссии несмотря на кризис, вызванный эпидемией коронавируса. Уже к осени 2020 г. был подготовлен проект закона о демократической памяти, который уже более решительно осуждал франкистское прошлое. Он запрещает акты и символы, которые можно интерпретировать как апологию военного мятежа, гражданской войны и франкистской диктатуры. В документе содержится требование обновить образовательные программы таким образом, чтобы достаточно внимания в них уделялось франкистским репрессиям и защите демократических ценностей. [Anteproyecto de Ley de Memoria Democrática, 2021. P.14]. Против проекта закона сразу же выступили оппозиционные Вокс и Народная партия. Они заявили, что в случае прихода к власти постараются этот закон отменить или добиться того, чтобы он не исполнялся. Следует отметить, что в рядах правых все чаще слышны высказывания, которые раньше могли позволить себе лишь политические маргиналы. Например, на одном из публичных мероприятий Народной партии в городе Авила приглашенный на него министр времен переходного периода Игнасио Камуньяс заявил, что гражданская война началась не с военного мятежа, а с действий правительства Второй республики [Tasca, 2021]. Особое возмущение вызвало то, что присутствовавший при этом лидер Народной партии никак не отреагировал на эти слова, что было интерпретировано как их молчаливое одобрение. В этом можно усмотреть постепенный переход Народной партии на более радикальную позицию по отношению к вопросам прошлого в ответ на аналогичные процессы в стане левых, примером чего является подготовка закона о демократической памяти.

Однако активная работа над законопроектом отвечает интересам не только ИСРП. В программах ряда других партий закон 2007 г. называется недостаточным и требующим пересмотра. В первую это касается Унидас Подемос, где вместе с призывами отстаивать демократическую память выдвигался лозунг о наказании франкистских преступников [Programa de Podemos: para un nuevo país, 2019. P.60-61]. Для правительства социалистов важно, что такой же пункт присутствовал в программе главных каталонских партий: Левых каталонских республиканцев [Programa electoral: Esquerra Republicana, 2019. P. 23.] и блока Вместе за Каталонию. Последние подробно перечислили восемь пунктов, которые необходимо внести в новый закон [Programa electoral de Junts per Catalunya.Eleccions Generals 10 novembre 2019, 2019. P. 109 ]. Все эти требования в том или ином виде отразились в законопроекте, предлагаемом ИСРП.

Таким образом, правительство социалистов, активно работая над законом о демократической памяти, стремится удовлетворить те требования, которые существуют в программах наиболее важных для их правления партий - каталонских. При этом активное продвижение закона о демократической памяти позволяет ИСРП выбить из рук каталонцев один из аргументов, которым они пользуются, требуя независимости. В программе Левых каталонских республиканцев существующая форма исторической памяти в Испании именуется «историческое беспамятство: испанская модель безнаказанности» [Programa electoral:Esquerra Republicana, 2019. P.23]. Утверждается, что в предполагаемой Каталонской республике такого не будет, поскольку она будет основана на справедливости и наказании виновных преступников [Programa electoral: Esquerra Republicana, 2019. P.29].

Все это позволяет заключить, что целенаправленный пересмотр консенсуса забвения, который был принят в годы переходного периода, преследует несколько целей. Поскольку, согласно опросам общественного мнения, испанцы не считают вопросы исторической памяти актуальными, ИСРП, придавая этой теме чрезвычайную важность, пытается решить не саму проблему отношения к прошлому, а иные задачи, стоящие перед их правительством. Они связаны в первую очередь с чрезвычайной фрагментированностью испанского общества, которая отразилась в пестроте политических партий, представленных в парламенте. При этом ни одна из них не способна добиться абсолютного большинства для того, чтобы править страной. Социалистам для правления приходится формировать широкую коалицию, для которой необходимо искать общую базу. Таким объединяющим фактором является осуждение франкистского режима: оно объединяет не только левых, но и регионалистские партии. Одновременно можно рассматривать политику ИСРП как попытку создать фундамент новой общеиспанской идентичности, которая переживает кризис в связи с сепаратистскими тенденциями в Каталонии. Тем не менее эти шаги, сближающие левые силы с регионалистами, приводят к усилению конфронтации с правой частью испанского общества. Противоречия между ними всегда были, однако более жесткая и радикальная позиция социалистов приводит к ответной радикализации правого спектра. Одним из примеров этого являются успехи партии Вокс, а также признаки радикализации нарратива Народной партии. Одновременно это ведет к сближению правых сил, которых объединяет сдержанное или положительное отношение к франкизму. Можно сделать вывод, что в испанских условиях намеренное обострение ситуации вокруг вопросов исторической памяти, предпринятое социалистами, приводит к консолидации испанского общества вокруг двух лагерей. Благодаря этому фрагментированность если не общества, то политического спектра уменьшается. Ценой же этого становится усиление общей радикализации исторического дискурса.


Библиография


Гранцева Е. О. Возможно ли согласие? Историческая память о событиях ХХ в. в повседневной жизни и законодательстве современной Испании // Латиноамериканский исторический альманах. 2018. № 19. С. 316-336.

Хенкин С.М. Испания: полемика вокруг исторической памяти // Контуры глобальных трансформаций: политика, экономика, право. 2019. Т. 12. № 4. С. 72–87.

Бухармедова Л. М. Закон об исторической памяти: дань памяти или запоздалое возмездие // Ибероамериканские тетради. 2017. Выпуск 1(15). С. 25-33.

100 medidas urgentes para España, 2019. https://www.voxespana.es/biblioteca/espana/2018m/gal_c2d72e181103013447.pdf

Aguilar P. Políticas de la memoria y memorias de la política. Madrid, 2008.

Ahora progreso. Programa electoral del PSOE: Elecciones generales, noviembre 2019, 2019. https://www.psoe.es/media-content/2019/10/Ahora-progreso-programa-PSOE-10N-31102019.pdf

Anteproyecto de Ley de Memoria Democrática, 2021. https://www.mpr.gob.es/servicios/participacion/Documents/APL%20Memoria%20Democr%C3%A1tica.pdf

Arroyo Menéndez M. Las causas del apoyo electoral a VOX en España // Política Y Sociedad. 2020. Vol.57. №3. Pp. 693-717.

Barómetro de Diciembre 1994. Madrid, 1994. http://www.cis.es/cis/opencm/ES/2_bancodatos/estudios/ver.jsp?estudio=1117

Barómetro de diciembre 1995. Madrid, 1995. http://www.cis.es/cis/opencm/ES/2_bancodatos/estudios/ver.jsp?estudio=1191&cuestionario=1336&muestra=4233

Barómetro de diciembre 2019. Postelectoral elecciones generales 2019. Madrid, 2019 http://www.cis.es/cis/export/sites/default/-Archivos/Marginales/3260_3279/3269/es3269mar.pdf

Bernecker W. L. La memoria histórica en España: un pasado más actual que nunca. Versants. Revista Suiza De Literaturas románicas, 2020Vol.3. № 67. Pp. 119-141.

Carvajal A. Menos de la mitad de población aplaude la exhumación de Franco y un tercio se muestra en contra // El Mundo. 07.10.2019 https://www.elmundo.es/espana/2019/10/07/5d9a385421efa084498b45e4.html

Ciudadanos y partidos políticos en el sur de Europa. Madrid, 1985. http://www.cis.es/cis/export/sites/default/-Archivos/Marginales/1460_1479/1461/Es1461mar.pdf

Conversi D. The Basques, The Catalans, and Spain: Alternative Routes to Nationalist Mobilisation. London, 2000.

Cortizo G. El 72,9% de los votantes del Partido Popular se muestra en contra de sacar a Franco del Valle de los Caídos // El Diario.16.10.2019 https://www.eldiario.es/politica/espanoles-muestran-exhumar-franco-frente_1_1306309.html

Cultura política (II), 1989. Madrid, 1989. http://www.cis.es/cis/opencm/ES/2_bancodatos/estudios/ver.jsp?estudio=780&cuestionario=889&muestra=24602

González M. Vox estalla contra la exhumación de Franco y acusa a Sánchez de “carroñero”// El País. 24.10.2018 https://elpais.com/politica/2019/10/24/actualidad/1571917516_344634.html

Fernández P.A. Políticas de la Memoria y Memorias de la Política. El caso Español en perspectiva comparada. Madrid, 2008.

Ferreira C. Vox como representante de la derecha radical en España: un estudio sobre su ideología // Revista Española de Ciencia Política. 2019. № 51. Pp. 73-98.

Indulto Y Amnistía, 1977. http://www.cis.es/cis/opencm/ES/2_bancodatos/estudios/ver.jsp?estudio=131&cuestionario=141&muestra=2739

García de las Heras González M. La impunidad de la dictadura franquista: Notas sobre la represión y la memoria histórica en la España democrática // Reflexión política, 2019. № 43. Pp. 37-49.

Junquera N. La promesa que Rajoy sí cumplió // El País. 05.10.2013. https://elpais.com/politica/2013/10/05/actualidad/1380997260_542677.html.

Junquera N. El Gobierno prepara la salida de Franco del Valle de los Caídos //El País. 17.06.2018. https://elpais.com/politica/2018/06/16/actualidad/1529162410_486351.html

Lardiés A. España dividida: el 46% apoya sacar a Franco del Valle y un 35% lo rechaza 2018 // El Español. 01.07.2018. https://www.elespanol.com/espana/20180630/espana-dividida-apoya-sacar-franco-valle-rechaza/318968500_0.html

Ley 46/1977 de Amnistía, 1977.

Ley 52/2007, de 26 de diciembre // BOE. 27.12.2007.

López Pintor R. La opinión pública: del franquismo a la democracia. Madrid, 1982.

Los independentistas tumban los Presupuestos y abocan a Sánchez a elecciones // El Periódico.13.02.2019. https://www.elperiodico.com/es/politica/20190213/congreso-independentistas-tumban-presupuestos-sanchez-elecciones-7301511

Mace J.-F. Los Conflictos de Memoria en la España Post-franquista (1976–2010) entre Politicas de la Memoria y Memorias de la Política // Bulletin Hispanique. 2012. Vol. 114. № 2. Pp. 749–774.

Memorias de la guerra civil y el franquismo. Madrid, 2008.

Pascual R. Sondeo: Los españoles avalan la exhumación de Franco // El Periódico. 03.11.2019 https://www.elperiodico.com/es/politica/20191103/sondeo-exhumacion-franco-7711642

Programa de Podemos: para un nuevo país. 2019. https://podemos.info/wp-content/uploads/2019/04/Podemos_programa_generales_28A.pdf

Programa electoral PSOE. Elecciones generales 2015. 2015 https://www.psoe.es/media-content/2015/11/PSOE_Programa_Electoral_2015.pdf

Programa electoral de Vox para las elecciones autonómicas de 2019. 2019 https://www.voxespana.es/wp-content/uploads/2019/05/Programa-Autono%CC%81micas-2019.pdf

Programa electoral: Esquerra Republicana. Barcelona, 2019. https://www.esquerra.cat/arxius/programes/e2019-2_programa.pdf

Programa electoral de Junts per Catalunya. Eleccions Generals, 10 novembre 2019. Barcelona, 2019. https://media.timtul.com/media/pdecat/Programa%20Electoral%20Eleccions%20Generals%2010%20novembre%202019_20191114101701.pdf

Programa electoral. Partido Popular. Elecciones generales, autonómicas y municipales, 2019. Madrid, 2019. https://www.pp.es/sites/default/files/documentos/programa-electoral-elecciones-generales-2019.pdf

Qué han votado los partidos y por qué en la moción de censura a Rajoy // El País. 01.06.2018. https://elpais.com/politica/2018/06/01/actualidad/1527840121_792006.html .

Rajoy promete bajar los impuestos si gana las elecciones, El País 16.07.2007 https://elpais.com/elpais/2007/07/10/actualidad/1184055438_850215.html

Ramírez D. Empate sobre Franco: sólo hay mayoría a favor de la exhumación entre los nacidos tras su muerte // El Español. 23.11.2019 https://www.elespanol.com/espana/politica/20191023/empate-franco-mayoria-favor-exhumacion-nacidos-muerte/438736130_3.html#img_1

Real Decreto 1044/2018 // BOE. 25.08.2018. https://www.boe.es/buscar/doc.php?id=BOE-A-2018-11838

Richards M., Ealham C. History, Memory and the Spanish Civil War: Recent Perspectives // Richards M., Ealham C. (Eds.) The Splintering of Spain: Cultural History and the Spanish Civil War 1936-1939. New York, 2005. Pp. 1-20.

Rueda Laffond J. C. El PCE y el uso público de la historia (1956-1978) // Ayer. 2016. Nº 101. Pp. 241-265.

Soler Paricio P. La memoria histórica de la Guerra Civil, la dictadura franquista, y la Transición, en España. Síntesis histórica e iniciativas legislativas recientes // Cahiers de civilisation espagnole contemporaine. 2019. № 23. https://journals.openedition.org/ccec/8857

Sanmartín O.R. El 54% opina que no es el momento de exhumar a Franco // El Mundo.18.07.2018. https://www.elmundo.es/espana/2018/07/15/5b4a2a39ca4741d7728b45ce.html


Tasca E. Críticas al PP por el acto que organizó en el que un exministro negó que Franco diese un golpe de Estado // El País. 20.07.2021. https://elpais.com/espana/2021-07-20/criticas-al-pp-por-el-acto-que-organizo-donde-un-exministro-nego-que-franco-diese-un-golpe-de-estado.html


Yeste E. La transición española. Reconciliación nacional a cambio de desmemoria el olvido público de la guerra civil // Historia Actual Online. 2010. Nº. 21. Pp. 7-12 https://dialnet.unirioja.es/servlet/articulo?codigo=3193650


Филатов Георгий Андреевич. К.и.н., научный сотрудник, Институт всеобщей истории РАН Georgefilatov@gmail.com

Просмотров: 28